В 1640 году служанка графини Синхон, заболевшей тяжелой малярией, открыла это тайное средство одному испанскому врачу. Преданная служанка пожалела свою госпожу и решила спасти ее от верной гибели. Тайно от своих соплеменников она принесла графине для лечения порошок сухой коры хинного дерева. Результат лечения был поразительный. Болезнь закончи лась полным выздоровлением. Новое средство медленно проникало в Европу. Интересно, что самыми ожесточенными противниками хинина были тогдашние практические врачи, отличавшиеся край ним невежеством. Хитрые и пронырливые иезуиты быстрее их убедились в лечебном действии хинина и, предвидя большой барыш для себя и своих монастырей от продажи хинной коры, захватили лечение малярии новым средством и его про­дажу в свои руки.

Однако в это время научное естествознание и научная медицина постепенно захватывали господствующие позиции. В 1628 году Вильям Гарвей опубликовал свое открытие кровообращения. Голландец Янсон изобрел микроскоп, Левенгук увидел и описал мир микробов. Его сменил Лацаро Спалланцани, настойчивый экспериментатор, доказавший, что развитие и оплодотворение организма происходит не по наи­ тию святогодуха, а представляет собой вполне материальное явление. В своих трудах по животной и растительной физике, направленных в Российскую академию наук, где он претендовал получить звание академика, Спалланцани опроверг «чудесное зарождение микроорганизмов из ничего». В XVIII веке впервые создаются клиники в Европе и Рос­ сии, вводится клиническое преподавание, кладется начало так называемому анатомическому направлению в клинике; мате риальные изменения, наблюдаемые на патологоанатомическом столе, выдвигаются в качестве «судьи познания» вещей в клинике и патологии. Клинические воззрения на происхождение болезней и их лечение складывались на основе успехов физики, химии и биологии.

Законы всеобщего тяготения Ньютона, рациональная меха ника Ломоносова, химическая теория окисления, сформулированная Ломоносовым за 17 лет до Лавуазье в его знаменитых «Размышлениях о причине тепла» (1756), опубликование Ломоносовым «всеобщего естественного закона» постоянства материи и движения и корпускулярной "микрологической" теории строения материи представляли собой столь капиталь ные открытия, сделавшие эпоху в естествознании, что они не могли не отразиться и на медицине, являвшейся одной из ветвей естественных наук, но бывшей в плену у схоластическогодуховенства и знахарей. При Петре I в России стали широко применять хинную корку для лечения малярии. Однако химиотерапия развивалась медленными темпами.

Со дня открытия свойств коры хинного дерева прошло 180 лет, и только 1816 год был отмечен новым и важным завоеванием, которое было прямым следствием завоеваний химии (в XVIII веке и в начале XIX века). Химикам впервые удалось получить из хинной коры химический продукт хи нин - тот самый порошок, которым мы теперь лечим больных малярией. До этого больным давали настои из коры или же порошок коры. Больной должен был съедать уйму этого порошка (до 120 граммов) или выпивать несколько стаканов настоя. 192 В 1816 году, за 4 года до французских фармацевтов Пеллетье и Кавенту, юрьевский профессор Фердинанд Иванович Гизе (1781-1821) выделил в чистом виде из коры хинного дерева алкалоид хинина. Гизе посвятил свою короткую жизнь разработке химических проблем медицины. Будучи профессором в Харькове, он исследовал химический состав источников юга России, а также изучал клинический состав многих лекарственных веществ.