Первые очень опасны летом; в жару они делаются чрезвычайно ядовитыми и, не трогая никогда жителей самой Мианы, жалят всех приезжих; сильное воспаление, горячка, а иногда и смерть - суть последствия их укушения. Видом своим эти клопы похожи на наших обыкновенных европейских, имеют так же точно жало, но сверху светлосеры, а снизу белы. Их очень много в здешних домах». Оказалось, что существует немало разновидностей этих клещей. Однако вскоре Павловский и его ученики установили, что из массы клещей надо исключить куриных клещей Argas, а также Ornithodorus tolozarii, Ornithdorus lahorensis и других, которые к передаче возвратного тифа никакого отношения не имеют. Прививкой через укус свинкам ученик Е. Н. Павловского Москвин в 1927 году устанавливает, что единственным переносчиком азиатского возвратного тифа является клещ Ornithodorus papillipes.

Ученые отличают его по нескольким тонким энтомологическим деталям - шагреневому хитину спинки и строению папок.

За последнее время Евгений Никонорович с учениками открыл еще новые виды клещей, которые передают азиатский возвратный тиф. Павловский показывает местным жителям клещей-орнитодорусов в мусоре двора.

Опыт на человеке - вот что решает вопрос об окончательном установлении переносчика. Сотрудник лаборатории Павловского Латышев поставил по установленному им обычаю опыт на самом себе. В 1926 году в Ташкенте он накормил у себя на руке зараженных клещей, приведенных из Гузара (Таджикистан). Вскоре он заболел. Опыт удался. Теперь уже этот эксперимент позади. Его повторило еще несколько врачей. Но первый опыт, оказавшийся решающим, история болезни и температурная кривая, фотоснимок, изображающий нескольких впившихся в кожу Латышева клещей, вошли навсегда в историю русской паразитологии. Затем возник следующий важный вопрос - о хранителях инфекции. Некоторые считали, что все дело в тифозных клещах и что если продолжать с ними борьбу, то можно будет справиться с болезнью. Но Павловский установил более сложные пути, по которым возбудители инфекций, борясь за свое существование в природе, проникают в животных и человека: прицельные стрелы инфекции (так они показаны в висящей в лаборатории Павловского стенной таблице) попадают то в одно, то в другое животное, у которого ученый в природных условиях обнаружил и клещей, и возбудителей азиатского тифа - спирохет. Переделанные на европейский лад постройки, обитаемые клещами. Много труда надо было затратить Павловскому, чтобы выяснить, в каких животных и переносчиках спирохеты развиваются, а в каких они находят свой «тупик». Сейчас это все изображено в виде стройной схемы - по ней можно разобрать ся в тайной «игре интересов» классических паразитологических звеньев: возбудитель - переносчик - хранитель инфекции. Путаные лабиринты линий кончаются стрелками, и эти стрелки, пройдя, например, через крысу, живущую в подполье, затем через клещей, питающихся ее кровью, легко попадают в незадачливого путника, который прилег отдохнуть в уютной чайхане далекого горного кишлака. Однако если накормить на больном азиатским возвратным тифом вошь, она вос­ примет спирохеты, но в ней они найдут свой «биологический тупик». Инфекция не разовьется, вошь не может передать азиатский возвратный тиф, так же как европейский возвратный тиф не передается через клеща. Павловский говорит: здесь действует закон строгого при­ способления. К сожалению, многие ученые довольствовались тем, что постигли этот закон лишь внешне. Павловский не успокоился на этом. Он и в отрицательном находит положительное, как это делал всегда И. П. Павлов. Он занялся именно «тупиками». В них он нашел также перспективы развития своего учения о природной очаговости паразитарных болезней. Расшифровав механизм происхождения «тупиков», он привел в единую стройную систему «тупики» и прямые линии. Он указал, что факторы внешней среды при­ родного и животного характера могут препятствовать передаче возбудителя животным и от последних вновь переносчикам. Для циркуляции возбудителя болезни, т.е. для осуществления передачи инфекции, необходимы благоприятные факторы внешней среды. Среди обширной группы животных Павловский нашел «врагов» и «друзей» инфекционного агента.