Итак, Быков доказал, что кора головного мозга может влиять на все органы тела, скрытые в глубине, и что они в своей деятельности только относительно автономны. Отсюда понятно, что внутренние органы могут «переживать» и поэтому изменять свои функции, свои отправления в зависимости от чувств, переживаний, идущих из высших нервных центров. Связь «внутреннего хозяйства» с внешним миром осуществляется по типу временных связей. Кора головного мозга главенствует над всеми действиями сложного организма, ее «могущество не обычной велико и разносторонне» (Бы ков). Так Быков пере­бросил мост между произвольной и непроизвольной (внутренней, симпатической) нервной системой. Представляется мыслимым даже не которое подчинение человеческой воле отправлений симпатической нервной си стемы, придание им в той или иной мере сознательно волевого характера, не говоря о том, что хорошие, здоровые ощущения, здоровый, редостный труд и тренировка бессознательно повышают, делают нормальными, полноценными отправления внутренних органов (правильная, ритмичная работа желудка, кишечника, сердца и пр.). Быков близко подвел человечество к осуществлению той мечты, которая манила воображение лучших умов: подчинить тело своей воле, понимат ь и регулировать многие процессы внутренних органов. Великий революционер-демократ Белинский, веривший в грядущие успехи русской науки, сказал: «Нет предела разви тию человечества и никогда человечество не скажет себе: "стой, довольно, больше итти некуда"...». Павлов и Быков - передовые деятели русской, советской науки - встали у грани тайн высшей нервной деятельности, считавшихся всеми непостижимыми, «потусторонними», и сме ло перешагнули эту грань... «Да, я рад, - писал Павлов о Сеченове, - что вместе с Иваном Михайловичем и полком моих дорогих сотрудников мы приобрели для могучей власти физиологического исследования вместо половинчатого нераздельно весь животный организм. И это целиком наша, русская, неоспоримая заслуга в мировой науке, в общечеловеческой мысли». Обобщения Сеченова и Павлова о единстве физиологических и психических процессов у высокоразвитых животных, в том числе и у человека, о постоянных взаимоотношениях меж­ ду живыми организмами и средой не только служили естественно-научным обоснованием материалистического понимания психических явлений, но и наносили решительный удар по идеалистическим воззрениям. Исследования Сеченова и Павлова являлись, несомненно, научным обоснованием и конкретизацией философского во проса о единстве материи и сознания.

И. В. Сталин, гениально обобщая новые достижения в области естествознания, в том числе результаты исследований великих русских естествоиспытателей, и развивая одно из важнейших положений марксистского философского материализма, писал: «Единая и неделимая природа, выраженна я в двух различных формах - в материальной и идеальной, единая и неделимая общественная жизнь, выраженна я в двух различных формах - в материальной и идеальной, - вот как мы должны смотреть на развитие природы и общественной жизни... Не правильна та мысль, будто идеальная сторона, и вообще со знание, в своем развитии предшествует развитию материальной стороны. Еще не было живых существ, но уже существовала так называемая внешняя, «неживая» природа. Первое живое существо не обладало никаким сознанием, оно обладало лишь свойством раздражимости и первыми зачатками ощущения. Затем у животных постепенно развивалась способность ощущения, медленно переходя в сознание, в соответствии с развитием строения их организма и нервной системы».